08 октября 2014 г.

Цветаева Марина Ивановна. От главного редактора

Цветаева Марина Ивановна родилась в 1892 году в Москве. Отец, Иван Владимирович Цветаев, – профессор Московского университета на кафедре римской словесности историко-философского факультета, основатель, вдохновитель и единоличный собиратель первого в России Музея изящных искусств (ныне Музей изобразительных искусств имени А.С. Пушкина). Мать – Мария Александровна Мейн, польской княжеской крови – ученица Рубинштейна, талантливая пианистка, любила стихи и сама их писала.  

Семья проживала в одноэтажном деревянном доме в Трехпрудном переулке. Домашний мир Цветаевых был пронизан интересом к искусству. В доме было много книг по античности, бюсты античных богов и героев. Восприятие мира через звук Марина унаследовала от матери. Благодаря отцу, развились такие качества, как трудолюбие, отсутствие карьеризма, простота, отрешенность. В шесть лет Марина стала заниматься в музыкальной школе, с девяти лет училась в женской гимназии. Стихи она начала писать с шести лет, причем не только на русском, но и на французском и немецком языках.

Книга «Вечерний альбом», которую Марина издала сама, еще учась в гимназии, вышла в 1910 году. Николай Гумилев отметил: «Первая книга Марины Цветаевой «Вечерний альбом» заставила поверить в нее, и, может быть, больше всего – своей неподдельной детскостью, так мило-наивно не сознающей своего отличия от зрелости». В течение жизни ни к какому поэтическому и политическому направлению Цветаева не принадлежала.

В 1912 году Марина Ивановна вышла замуж за Сергея Яковлевича Эфpона, с которым познакомилась в Крыму в Коктебеле, на даче поэта Максимилиана Александровича  Волошина. Мать мужа, Елизавета Петровна Дурново, и его отец, Яков Константинович Эфрон, были активными участниками обществ «Земля и воля» и «Черный передел», сторонниками террора. Цветаева восхищалась ими, их героизмом. В четырнадцать лет Сергей Эфрон потерял мать, которая покончила с собой.

Сергей Яковлевич ушел с головой в политику, Марина Ивановна – в поэзию. Кроме того, Эфрон писал рассказы, его книга «Детство» вышла в издательстве «Оле-Лукойе», в котором были изданы и книги Марины Ивановны – сборники стихов «Волшебный фонарь» и «Из двух книг». Цветаева не просто обрела саму себя в поэзии, она примеряла как бы различные маски, пока не пришла уже к себе зрелой. Она особенно прислушивалась к советам поэта Волошина и своего мужа Сергея Эфрона. В 1912 году у Марины и Сергея родилась дочь Ариадна (Аля), в 1917 году – дочь Ирина (умерла маленькой, в три года).

В годы Первой мировой войны и октябрьской революции, которую Марина Ивановна не поняла и не приняла, она жила в Москве, много писала, но почти не публиковалась. В 1916–1917 годах для стихов Цветаевой стало характерно народное слово. Сказка, былина, частушка вошли в ее поэтическую речь. Фольклор стал основой поэм – «Царь-Девица», «На Красном коне», «Егорушка». Годы гражданской войны оказались для Марины Ивановны очень тяжелыми. Летом 1916 года Сергей Эфрона мобилизовали, позже он служил в рядах Белой армии. В 1921 году у поэтессы был готов к изданию сборник стихов «Лебединый стан», проникнутый сочувствием к Белому движению только потому, что в его рядах оказался ее любимый муж, единственный ее близкий друг. (При жизни Цветаевой сборник напечатан не был, впервые опубликован на Западе в 1957 году.) В 1921 году, после восьмилетнего перерыва, в частном издательстве «Костры» вышла небольшая книжка М. Цветаевой «Версты».

В июле 1921 года Цветаева получила «благую весть» – письмо от Сергея Яковлевича. Он после разгрома Деникина, одного из главных руководителей Белого движения, перебрался в Чехию, в Прагу. Цветаева с трудом в 1922 году получила разрешение на выезд к мужу и вместе с дочерью Алей покинула Россию. Начались годы эмиграции – сначала жила в Берлине, потом в Праге. Новая полоса в жизни была до предела наполнена работой, борьбой с нуждой. В 1925 году после рождения сына Георгия семья перебралась в Париж, во Франции им суждено было прожить тринадцать с половиной лет.

Марина Цветаева никогда не переставала быть русской поэтессой. В те годы она написала много лирических стихотворений, завершила поэму-сказку «Молодец», работала над поэмами «Поэма Горы», «Поэма Конца», «Поэма Лестницы», «Крысолов», трагедией «Тезей», драмами «Ариадна» и «Федра». После смерти Владимира Маяковского Марина Ивановна, которую потрясло самоубийство поэта, написала стихотворный цикл «Маяковскому». Однако в эмигрантской среде успехом пользовалась ее проза, занявшая основное место в творчестве Цветаевой в 1930-е годы. «Эмиграция делает меня прозаиком…», – констатировала поэтесса. В то время были изданы: «Мой Пушкин» (1937 год), «Мать и музыка» (1935), «Дом у Старого Пимена» (1934), «Повесть о Сонечке» (1938), воспоминания о Максимилиане Волошине – «Живое о живом» (1933), Михаиле Кузмине – «Нездешний ветер» (1936), Андрее Белом – «Пленный дух» (1934) и другие.

Положение Марины Ивановны Цветаевой среди русских эмигрантов в Париже с годами становилось все труднее. По заданию советских спецслужб Сергей Эфрон принимал активное участие в вербовке сотрудников, в слежке за Седовым – сыном Троцкого. В начале сентября 1937 года в Швейцарии, в пригороде Лозанны, был найден труп чешского коммерсанта Эберхарда. В ходе расследования убийства выяснилось, что это – Игнатий Рейсс, советский работник НКВД, отказавшийся вернуться в СССР. Считали, что Эфрон причастен к организации этого убийства. Вскоре он был вынужден скрыться и бежать в Советский Союз. Вслед за отцом в 1937 году на Родину вернулась дочь Ариадна.

Цветаева осталась в Париже вдвоем с сыном, но Мур (так в семье звали Георгия) также хотел уехать. Парижские эмигранты сторонились ее. Публиковаться в эмигрантских изданиях стало невозможно. Средств на жизнь и обучение сына, не было. Европе грозила война, и Цветаева боялась за Мура, который был уже почти взрослым. Она опасалась и за судьбу мужа в СССР. Ее долгом и желанием было соединиться с мужем и дочерью. В июне 1939 года Марина Цветаева с четырнадцатилетним сыном Георгием вернулась на Родину. В Москве на перроне среди встречающих родственников не было сестры Анастасии, которая к тому времени уже два года как была арестована. Цветаеву опять преследовала бытовая неустроенность. Союз писателей не признавал ее за поэта. Она вынуждена была зарабатывать себе переводами. Последние годы жизни Марина Ивановна писала прозу, после нападения Германии на Чехословакию создала целый цикл антифашистских стихов, много она в те годы переводила – с французского, с немецкого, английского, грузинского, болгарского, польского.

По возвращении в Советский Союз Эфрону и его семье, как и другим советским агентам, выполнявших во Франции порученные им задания, была предоставлена государственная дача под Москвой в Болшево (там создан Музей-квартира М.И. Цветаевой). Первое время ничто не предвещало беды, но вскоре всех взрослых, живших в этом доме, арестовали. Дочь Ариадну забрали в августе 1939 года, мужа – в октябре. (С.Я. Эфрон был расстрелян в августе 1941 года. Ариадна провела долгие годы в заключении и была реабилитирована лишь в 1955 году, умерла в 1975 году.) Цветаевой с сыном пришлось переехать к сестре мужа, Елизавете Яковлевне Эфрон, в маленькую проходную комнату. Встречи с Анной Ахматовой и Борисом Пастернаком не оправдали ожиданий Марины Цветаевой. Многие члены Союза писателей отворачивались от нее, как от жены и матери «врагов народа». Подготовленный ею в 1940 году сборник стихов не был напечатан. 

Когда началась война, Марина Ивановна очень боялась за сына и в августе вместе с ним уехала в эвакуацию в Елабугу (административный центр Елабужского района Татарстана, там находится музей М.И. Цветаевой). На речном вокзале в Химках их провожали Борис Пастернак и поэт Виктор Боков. Приехав в Елабугу, российская поэтесса пыталась найти работу, чтобы жить и как-то прокормить сына. В столовой эвакуированной писательской организации Москвы Цветаевой было обещано место судомойки. Но и этого места ей не досталось...

В предсмертной записке сыну Георгию Маpина Ивановна написала: «Мурлыга! Прости меня, но дальше было бы хуже. Я тяжело больна, это уже не я. Люблю тебя безумно. Пойми, что я больше не могла жить. Передай папе и Але – если увидишь – что любила их до последней минуты, и объясни, что попала в тупик». В августе 1941 года Марины Ивановны Цветаевой не стало. Чужие люди свезли гроб на кладбище, не отметив даже могилы, она была похоронена на Петропавловском кладбище в городе Елабуге. (На той стороне кладбища, где находится ее затерявшаяся могила, в 1960 году сестра поэтессы, Анастасия Цветаева, установила крест, а в 1970 году было сооружено гранитное надгробие.)

Борис Пастернак, узнав о смерти Марины Цветаевой, написал: «...Я знаю, существует легенда о том, что она покончила с собой, якобы заболев душевно, в минуты душевной депрессии, – не верьте этому. Ее убило то время, нас оно убило, как оно убивало многих, как оно убивало и меня. Здоровы были мы – безумием было окружающее: аресты, расстрелы, подозрительность, недоверие всех ко всем и ко вся...».

В 2004 году была опубликована книга: «Георгий Эфрон. Дневники» (М., 2004). В дневниках день за днем о последних годах трагической жизни Марины Ивановны повествует ее сын, «самый близкий свидетель и участник ее повседневного существования». (В 1944 году в девятнадцать лет Г. Эфрон погиб рядом с сотнями солдат в своем первом же бою, когда Красная Армия наступала на 1-м Белорусском фронте. Могила его неизвестна.)

На рубеже XX–XXI веков вышли издания М. Цветаевой: «Стихотворения и поэмы» (Л., 1990); «Неизданное. Сводные тетради» (М., 1997); «Неизданное. Семья: История в письмах» (М., 1999); «Любви старинные туманы» (М., 2003) и другие, а также много книг о жизни и творчестве яркой, самобытной и талантливой поэтессы и писательницы. Осенью 2012 года отмечалось 120-летие со дня рождения Марины Цветаевой.